в о с ь м и д е с я т ы е

Там же, у Кривомазова с друзьями-поэтами

Фото А. Кривомазова, 1981 


  Первый слева – Игорь Семёнов. Вот жил себе, жил поэт Семёнов, писал себе стихи, песни и рассказики в духе Хармса, а потом вдруг решил, что работа инженера мешает творчеству. Ну вот мешает! Препятствует вдохновению! И ушел поэт Семёнов в водители грузовиков. Почему-то он думал, что голова у водителя грузовиков всегда свободна, и он, Семёнов, сможет сочинять стихи прямо за рулем. Вскоре выяснилось, что водитель за рулем грузовика ничего поэтического сочинить не может: работа требует концентрации внимания, и никакого полёта фантазии не допускает. Более того, даже после смены поэту Семёнову сочнять было очень тяжело: целый день баранку крутил, весь вымотался – поди тут сочини что-нибудь! Поэт Семёнов очень по этому поводу сокрушался.
  (А поэт Левин, однажды услышавший в одном гениальном стихотворении поэта Семёнова гениальное выражение «...и анапест иудит на ямб», так им вдохновился, что сходу сочинил на эту тему свое гениальное стихотворение – правда, почему-то немного кагтавое, хотя сам Семёнов ну нисколько не картавил! – под названием «Поэт и мудгец» . А потом еще и песню написал, тоже слегка кагтавую, вот эту .)
  В 83-м году мы с Семеновым съездили в Крым на недельку. У меня от этой поездки аж целых два стихотворения осталось: вот это и следом – вон то ...
  А через несколько лет Игорь Семенов умер из-за неудачной операции – как-то не так аппендицит удаляли... Детали этого дела забыл напрочь. Но самого Игоря помню.


  А вот про Михаила Римского (последний слева, но справа – первый) практически ничего не помню и не знаю. Даже имя его припомнил лишь благодаря архиву Кривомазова, где четко прописано, кто есть кто.
  Второй слева (или третий справа) – это поэт Юрий Гончаров. Вот, кстати, про него ...