Др. и Зн. Кр.
Дарья Суховей

«НОВАЯ РУКОПИСЬ»
(о влиянии компьютеризации на вид поэтического текста)

Тема моей основной работы – графика современной русской поэзии, особенности функционирования графических приёмов в невизуальных текстах. Здесь будет рассмотрена информация от поэтов – о влиянии компьютера на внешний вид стихов. Информация была получена в результате анкетирования1. В нём приняли участие 37 поэтов разной степени известности, от 1945 до 1987 годов рождения, проживающих как в России (Калининград, Кемерово, Москва, Нижний Новгород, Обнинск, Санкт-Петербург, Ярославль), так и за её пределами (Белиз, Дания, США, Финляндия, Эстония). Нам не столь важен статус ответивших на анкету поэтов, сколь важно понять общее поле отношения к графике текста в момент, когда возможности поиска выразительных средств с помощью компьютера стали доступны многим.

Осмысление внешнего вида поэтического текста в целом существенно изменилось: «Неслучайно ... такое внимание уделяется именно графике текста, тому, как текст расположен на странице2... Книга перестала осознаваться как единственный носитель текста, и, пожалуй, впервые по-настоящему встал вопрос о соотношении и соответствии текста и его возможного носителя – компьютерного монитора, экрана, аудиокассеты, диска, и проч., а также собственно среды существования текста или того, что называется по-английски словом «media», то есть видео, Интернета, бумажной публикации и т.д.» [Идлис 2005: 301]

Поэту важно замкнуть смысловую цепочку между условностью звука, буквы, графического знака и темой произведения, верно расставить акценты3. Компьютерное представление текста способно донести авторский замысел до читателя. Впрочем, разные компьютерные программы заметно влияют на внешний вид текста: "Вы не спросили меня о том, влияет ли на применяемые средства способ первой публикации (сайт, жж). А он именно что влияет - какие-то с трудом реализуемые в HTML возможности сами собой отходят на второй план..." (Александр Левин). «Только в последнее время [я] начал осторожно пользоваться курсивом, появилась какая-то строфика, до этого времени тексты представляли собой сплошные столбики без пунктуации, выделения, строф, заглавных букв и т.д. – ровные столбцы, так вот, привычка так писать возникла из-за пользования старым досовским редактором «Мультиэдитор» + старым досовским текстовым форматом экрана :))» (Павел Настин)

Современные поэты для писания стихов чаще всего используют Microsoft Word - 32 из 37 (86%), при этом только Word – 22 (59%), различные текстовые редакторы (исключая Word, но названные в том числе и совместно с ним) – 14 (38%), «Cемаджик» (программа, позволяющая сразу поместить текст в дневник на популярном блог-сайте http://livejournal.com («Живой журнал», «жж»))4 - 3 из 37 (8%), программу "Рифма" (для сочинения) – 1 из 375.

Из средств текстовыделения наиболее частотен курсив, его используют 27 (73%) опрошенных поэтов. Он служит интонационной, стилистической, диалогической или строфической разметке текста, усиливает обособление чужой речи или цитаты. Также курсив обращает внимание на «стилистически важное особое написание слова» (Полина Копылова), «языковую игру» (Евгения Риц), «смысловые цепочки второго плана» (Этер Паньи).

Исследование психологов Тинкера и Петерсона (начало 1930-х годов) о статистике удобочитаемости приходит к выводам, что "Средний читатель воспринимает текст, набранный строчными буквами, на 13,4% скорее, чем текст, набранный заглавными, и на 2,8% скорее, чем текст, набранный курсивом" [Реформатский 19336: 31]. Из этого следует, что курсив – один из знаков паузы, небольшого замедления восприятия [Бельчиков 1958: 110]. Работы по техническому редактированию утверждают, что курсивное и наклонное7 начертания «выглядят более динамично, чем прямые» [Валуенко 1976: 13].

Если текст полностью выделяется курсивом, значит, это имеет смысл внутри какой-либо макрокомпозиции – «цикла стихотворений» (Владислав Поляковский), или так обозначается «начало раздела книги стихов» (Светлана Бодрунова). При полном выделении текста оппозиция выделенного невыделенному исчезает или выходит на макроуровень – уровень цикла или книги.

В случае осознанного графического эксперимента – курсивом выделяется вся книга: "свою первую книгу "Биомеханика" я сделал с инверсным использованием шрифтов: основным начертанием было наклонное, а вместо курсива применялся прямой полужирный." (Александр Левин) (пример 1), Здесь мы, скорее, имеем дело с авторским пониманием курсивного начертания как метафоры общего сдвига поэтики, необычной по отношению к поэтической традиции (и, соответственно, к прямому начертанию). У Левина в сфере полиграфического сдвига оказывается и полужирное начертание, которое в книге «Биомеханика» встречается редко, чаще всего – для дополнительного обособления прямой речи8. Есть там и употребления жирного именно курсивной семантики («для замедления чтения, остановки внимания» и, в то же время, «для динамизации, подчёркивания сдвига»): слово вминательно – видимо, выделение указывает на намеренность такого написания, и слово свет в позиции ассонансной рифмы к слову «рвёт» (с точками над ё).

У Яны Токаревой (пример 2) ритмически упорядоченная речь, записанная «прозой», разбита на строки с использованием косой черты – приём, который обычно используется при цитировании стихов в строчку в критических или научных текстах: "курсивом у меня набрана «Колыбельная для Ани Ингель» … Колыбельная набрана курсивом из сложных соображений – хотелось, чтобы косые черты (слогоразделы или тактовые черты, поскольку сочинение полумузыкальное) были наклонены не сильнее, чем сам текст." Обычно курсив при цитации усиливает обособление цитаты внутри основного текста, но здесь автор видит курсив средством достижения синтеза, единообразия элементов текста, а никак не контраста.

Смысл жирного начертания (упомянутого 10 из 37 (27%) опрошенных) отчасти совпадает со смыслом курсива: интонация, акценты, возможность второго чтения; один автор сообщил, что он так выделяет иностранные слова9. Жирное начертание для стихотворения целиком иногда используется Ульяной Заворотинской "при размещении в жж. Если оно кажется мне внутренне важным.".10 Видимо, такое использование связано с удобством чтения, так как курсив особенно плохо читается с экрана.

Подчёркивание и заглавные буквы чаще всего используются в названиях. В анкете не было отдельного вопроса об оформлении заголовочно-финального комплекса11, однако в ответах на разные вопросы упоминание названий, эпиграфов, датировки и т.п. как элементов поэтического текста, подвергающихся разметке, встречается у 12 из 37 (32%) ответивших. Эпиграфы практически всегда сдвигаются вправо (как принято в книгах), и переводятся в курсивное начертание, видимо, по аналогии с курсивным выделением чужого текста12. Датировку (и место написания текста) упомянули двое; она также может выделяться курсивом.

В анкете были вопросы, посвящённые характерным принципам организации стихотворной речи в прошлом, в частности – про заглавные буквы в начале каждой стихотворной строки. Необходимость их использования во всех случаях признают лишь 4 из 37 (11 %) (один из них объясняет это как средство облегчения восприятия, трое считают себя традиционалистами), игнорируют или видят помехой для восприятия – 21 (57%). Александр Левин: "Заглавные буквы в начале каждой строки ставлю только в ситуации, когда хочется подчеркнуть, что автором данного текста является некий персонаж, достаточно консервативный, а то и вообще - компьютерная программа."

Данил Файзов пренебрегает заглавной буквой в начале строки "назло компьютеру, который в Ворде все равно пытается выделять)))".

Сторонников строго синтаксической расстановки заглавных букв – 6 (16%), смешанная расстановка заглавных букв в начале строки, зависящая от смысла, стиля и композиции текста, также актуальна для 6 (16%) опрошенных поэтов. Светлана Бодрунова (пример 3): "у меня есть тексты, где постановка больших букв [в начале строки - ДС] меняется от начала к концу текста и означает смену интонации или смену точки зрения субъекта речи (как правило, большие буквы исчезают к концу текста)."

Ещё один характерный способ расположения стихотворной речи в прошлом – «лесенка». Вслед за новаторством Маяковского она стала одним из привычных принципов представления текста в советской поэзии, иногда имеющим интонационное обоснование, а иногда – нет13. Вообще никогда не используют «лесенку» 22 из 37 (59%).

Оставшиеся указывают, что используют «лесенку» «редко», «давно», в единичных стихотворениях. Для некоторых поэтов она связывается с именем Маяковского: «когда это делал, вероятно, подражал Маяковскому» (Алексей Караковский), «для передразнивания стилистики как раз Маяковского и шире - 10-20-х годов прошлого века» (Александр Левин). Как один из типов фигуризации стиха лесенку используют двое: «Единожды был такой графический эксперимент. Стишок был – про лесенку. Так что лесенка и нарисовалась» (Мария Фаликман). Для обозначения интонации и пауз (что является первоначальным смыслом приёма14) «лесенкой» пользуются 7 (19%) опрошенных15. Также поэты объясняют использование «лесенки» "для обозначения диалога", "так интереснее", "по глупости".

На примере ситуации с «лесенкой» мы видим одну из тенденций развития русской поэзии конца ХХ–начала XXI века – тяготение к индивидуальному осмыслению формального элемента. Осмыслению подвергаются разные приёмы – не только изобретённые конкретным автором, но и наиболее затёртые недавними этапами развития поэзии. Ставшие привычными способы записи стиха постепенно очищаются от обессмысливания, вызванного слишком широким употреблением, однако же повторно в широкий обиход не возвращаются, оставаясь маргинальными в идиостиле меньшинства авторов16.

Для обозначения ударения современными поэтами используются: заглавная буква – у 15 (40%) опрошенных, выделение буквы – у 14 (38%), спецсимвол (изображение нужной буквы под ударением) – у 10 (27%), избегают этой ситуации 5 (14%), апостроф назван только один раз. Мотивация использования заглавной буквы – совместимость форматов компьютерного представления текста17. Мотивацией графического выделения буквы без изменения размера, а также игнорирования любых выделений может служить стремление к созданию внешне однородного текста (так как слово с вариативным ударением далеко не всегда является доминантой).

Самым интересным оказался последний вопрос анкеты. Если обобщить названные в нём аспекты темы "компьютер и поэт", то получится, что особого внимания заслуживают:

- графика и пунктуация современного текста (неупотребление заглавных букв и пунктуационных знаков как новое средство визуализации и ритмизации, а также замена нормативно-языковых пунктуационных средств иными) и смысл использования такой графической организации для поэта. "снижение регистра - единственное, фактически, что я позволяю себе делать с текстом. так текст кажется мне более формальным, интровертным, "для себя" … думаю, про пунктуацию вопрос тоже нелишний, ее отсутствие иногда - визуальное средство выражения. но я не знаю, как это объяснить:)" (Ася Анистратенко); "заглавные буквы визуально разбивают целостность ткани текста." (Ульяна Заворотинская); "В тексте может и вообще не быть ни одной заглавной буквы (равно как и знаков препинания), например, для придания эффекта "единого речевого куска" или подчеркивания вариативных синтаксиса и пунктуации. … Не было специального вопроса про отсутствие знаков препинания … , что в России получило значительное распространение именно с влиянием новых технологий." (Владислав Поляковский) (пример 4); "еще несколько лет назад меня буквально раздражало отсутствие в стихах знаков препинания, я не понимал смысла. Сегодня многие стихи написаны именно без них и без заглавных букв. Смысла я по-прежнему объяснить не могу, просто появляется необъяснимое внутреннее желание и всё." (Валерий Прокошин).

- новые возможности авторского редактирования текста - легко изменить графический вид текста, возможен сдвиг и перестановка фрагментов, возможен выбор не только начертания, но и размера шрифта и гарнитуры, что оказывает влияние на строфическую организацию, интонацию, авторский стиль. Возможна вставка картинок, символов из других гарнитур, нетрадиционное расположение текста на странице и т.п. Сюда же можно отнести использование специфически компьютерных свойств текста – гипертекст, смайлики, выделение цветом, популярная в «Живом журнале» «бегущая строка» (и вообще представление текста или его частей как движущихся по экрану объектов), использование транслита (набора текста на русском языке латиницей) как стилистический приём и т д.: "А то ведь теперь можно и размер шрифта менять, и фонт другой ставить, и цвет, и мало ли что. Хоть бегущую строку делать. Анимированные буквы и так далее. Кое-что из этой серии я у людей виделИнтересно, докатился ли кто-нибудь до использования смайликов?" (Дмитрий Богатырёв); "вот еще тут смайликов понаставил и вспомнил, что некоторые используют такие элементы сетевого общения (смайлики, транслит, форматы доменных имен и e-mail-адресов) в поэтических текстах" (Вадим Кейлин); "В этом опросе не хватало вопроса о шрифтах. В этой связи вспоминается разговор с Ерболом [Жумагуловым], пользующимся для написания своих стихотворений не "таймс нью роман", а "бук антиква" - чем очень и очень меня удивил. Я по своей наивности полагал, если стихотворение пришло - некогда выбирать шрифты. Пиши, пока синица в руках." (Игорь Котюх); "Нет вопросов, связанных с приподнятым и опущенным начертанием букв и слов, с "дробным" расположением слов и предложений (одно под другим – как варианты для прочтения), с многоколонным расположением текста, с ветвлениями (как обычными, в виде многоколонника, так и гипертекстовыми). С применением различных гарнитур и выделением слов повышенным или пониженным кеглем. Со вставкой графических элементов в текст" (Александр Левин); "Еще интересный вопрос – возможность «поиграть» с графикой текста, например, подвигать, посоединять или, напротив, поразделять строки и посмотреть, как оно будет правильнее. Часто окончательный вариант находится после некоторого количества подобного рода манипуляций." (Мария Фаликман). Чаще всего эти новые возможности видятся не реальными, а потенциальными, будущими; заметно, что поэты ставят вопросы, исходя не из проблем своей личной практики, а немного умозрительно, основываясь на чужом опыте. Мало кто говорит о реальных возможностях редактирования текста как процесса (лёгкое изменение разбивки на строки или на строфы, перестановка фрагментов).

- проблема буквы "ё" (она связана не только с компьютером18, но и с языком в целом): "про букву ё. у меня ее почти нет. потому что пропадает, когда перепечатываю в компьютер (если пишу вначале от руки - а вот когда пишу от руки, всегда, по привычке, ставлю точки - или линию, скорее - над ё)" (Лида Юсупова), " … по возможности стараюсь ее [букву "ё"] везде ставить в стихах (хотя в последнее время маловато за этим слежу), чтобы буква "е" читалась как "е" в ситуации, когда языковая инерция требует прочитать как "ё"." (Александр Левин). Языковая норма предписывает использовать букву «ё» только в случаях борьбы с очевидной неоднозначностью прочтения.

- проблема сохранения черновиков. "В опросе не хватает "Вопроса о черновиках". Сохраняете ли Вы предыдущие версии? Я - нет." (Александр Шапиро). Эта проблема актуальна – от современной поэзии остаётся меньше архивных документов, чем от литератур предыдущих эпох – сбой компьютерной техники, несовпадение форматов, исчезновение каких-нибудь интернет-ресурсов могут привести к утрате части архива современного автора ещё при его жизни. Компьютерные программы сами не сохраняют промежуточные варианты текста, а автор не всегда об этом думает. Возможно, это влияет и на авторскую работу над текстом – отклонённые и забытые автором варианты не имеют шансов вернуться в произведение.

- проблемы порождения текста с участием разных современных приборов и технологий, позволяющих записывать текст: "О компьютере конкретно - разница в использовании между "комнатным", ноутбуком и наладонником, например. По себе знаю, замечал - с ноутбуком пишется живее." (Александр Беляев); "иногда я думаю, что комп эксплицирует для меня процесс, идущий в моей голове: процесс одновременного написания и корректуры текста. в этом плане он гораздо больше совпадает с мозгом, чем бумага :))) процесс фиксации стиха на компе много ближе к реально-мозговому процессу, вот :)" (Светлана Бодрунова); "[я использую]…Notepad для набросков "на будущее" (т.е. которые не имеют отношения к текстам, пишущимся в данный момент, но могут стать частью каких-то будущих текстов), иногда смс-редактор на мобильнике для тех же целей" (Вадим Кейлин), "Очень много проблем связано с тем, что шифт (сдвиг на определенное количество миллиметров [он же - табуляция]) в ворде один, а в эксплорере его вообще нет." (Этер Паньи); "Возможно, был бы интересен вопрос, считают ли сами авторы, что влияние новых технологий как-то изменило внешний вид текста и его восприятие (в какую сторону?)" (Владислав Поляковский) "Можно спросить автора об успешности творчества за компьютером (какой процент стихов получается, удается, если автор пишет за компьютером и если он прибегает к бумаге) - а также почему автор пишет за компьютером (удобство и т.п.)." (Варвара Рогожникова); "…влияет ли набор на компе на содержание стихов? Да, влияет, это очевидно. Или вот ещё так: пользуетесь ли вы мобильными устройствами для написания стихов? Да, пользуюсь." (Дмитрий Сапёлкин); "Бывает, что включена автоматическая проверка орфографии. Интересно, комп самопроизвольно кому-то слова в текстах заменял ))? А если заменял, то могло ли произойти такое, что автор решил оставить то слово, которое ворд предложил на замену, а не то, которое он силился написать?" (Ульяна Заворотинская)

Выводы:

Мы рассмотрели мнения поэтов о влиянии компьютерных технологий на поэтическое творчество и тексты. Временами поэты комментируют личный опыт, временами выдвигают самые невообразимые гипотетические предположения о том, каким мог бы быть язык поэзии сейчас. Предполагаем, что сфера влияния компьютера на внешний вид текста не подлежит интегральному описанию и строгим подсчётам; однако наши процентные результаты и приведённые мнения всё же указывают на ряд общих тенденций:

- нестрогое следование норме и традиции в полиграфическом представлении текста, динамика нормы;

- освобождение формальных элементов от семантики, приписываемой им поэтической или полиграфической традицией, и появление возможности новых осмыслений для несущественных ранее формальных элементов;

- выработка нового, практически общепринятого, представления об одной из заметных тенденций в области внешней организации современного поэтического текста (речь идёт о «графически однородном» тексте без заглавных букв, знаков препинания и с минимальным использованием текстовыделения); наличие этой тенденции не отменяет широкого бытования иных способов визуальной организации стиха.

В языке современной поэзии смысл формального элемента индивидуализируется, и авторское осмысление иногда идёт вразрез с какими бы то ни было тенденциями.



ЛИТЕРАТУРА

Бельчиков 1958: Бельчиков Н.Ф. Основы технического редактирования советской книги. 2 изд. М., 1958.

Белый 1929: Белый А. Ритм как диалектика. М., 1929.

Белый 1994: Белый А. Арабески // Белый А. Критика. Эстетика. Теория символизма. Т. 2. М., 1994.

Валуенко 1976: Валуенко Б.В. Выразительные средства набора в книге. М: Книга, 1976.

Валуенко 1983: Валуенко Б.В. Выразительные средства набора и некоторые особенности их использования в книжном издании Автореферат ... к.искусствоведения. М., 1983.

Жовтис 1968: Жовтис А.Л. В боевом порядке… // Жовтис А.Л. Стихи нужны. Алма-Ата, 1968.

Иванова 2003: Иванова Е.А. Компьютерная филология и проблемы представления вариантов текста // Московский лингвистический журнал № 7/1, 2003.

Идлис 2005: Идлис Ю. Карта, компас и книга. Десять лет и девять измерений русской поэзии // День святого электромонтёра: рассказы, пьесы, статьи. М., 2005.

Клинг 2002: Клинг. О. Андрей Белый: место поэта в эволюции Б. Пастернака // Андрей Белый. Публикации, исследования. М., 2002. С. 279-294.

Манифесты 1967: Манифесты и программы русских футуристов / Сост. В.Марков. Mьnchen 1967.

Орлицкий 2002: Орлицкий Ю.Б. Стих и проза в русской литературе. М.: РГГУ, 2002.

Очеретянский 1993: Очеретянский А. Попытка постановки проблемы в виде обильно цитируемого материала, имеющего самое непосредственное отношение к графике стиха // Кредо. 1993. № 3-4. С. 38-39.

Пчелов, Чумаков 2000: Пчелов Е.В., Чумаков В.Т. Два века русской буквы Ё. История и словарь. М., 2000.

Реформатский 1933: Реформатский А.А. При участии Каушанского М.М. Техническая редакция книги. Теория и методика работы / Под ред. Д.Л. Вейса. М., Гос. изд. лёгкой промышленности, 1933.

Степанов 2002: Степанов Ю.С. Авангард наших дней: атмосфера и сеть // Язык и искусство. Динамический авангард наших дней. М., 2002.

Фатеева 2001: Фатеева Н.А. Основные тенденции развития поэтического языка в конце XX века // НЛО. 2001. № 50(4). С. 416-434.

Чёрный 2001: Чёрный Д. "ПОЭМА-ИНСТРУКЦИЯ БОЙЦАМ РЕВОЛЮЦИИ: сти и другие поэмины + манифест и методы радикального реализма. М., 2001.

Шубина 1999: Шубина Н.Л. Пунктуация в коммуникативно-прагматическом аспекте и её место в семиотической системе русского текста. СПб., 1999.


ПРИЛОЖЕНИЕ





_______________________
1 Опрос проводился в течение двух суток с 15 по 17 июня 2006 года – принимались ответы на анкету, размещённую на одном из блогов (дневников) Живого Журнала (livejournal.com). Участие в опросе было неадресным (опрашивался не только ограниченный круг авторов, чьи тексты представляют непосредственный интерес для основной темы исследования, но и те поэты, чьи тексты недостаточно показательны при решении поставленных в основной работе вопросов). Информация о проведении анкетирования распространялась через блоги, связанные с литературной жизнью, просматриваемые поэтами, а также – неупорядоченно – через личные блоги любых заинтересованных лиц. Ответы на анкету – во избежание взаимовлияния между анкетируемыми – во время опроса не обнародовались.

2 Сравним это современное положение, касающееся антологии «Девять измерений» (М., 2004) с цитатой из манифеста Николая Бурлюка «Поэтические начала» (Первый журнал русских футуристов, 1914): «Громадное значение имеет расположение написанного на бумажном поле» [Манифесты 1967: 78]

3 Одна из тенденций современного поэтического языка [Фатеева 2001: 419]: поэты «следуют завету А.Белого "Искать интонации в своеобразной манере начертания, передающей зрительную интонацию"» чаще всего используется в применении к авангардным поэтикам, хотя она релевантна для поэзии в целом. Н.А. Фатеева позаимствовала эту цитату из работы [Очеретянский 1993: 39], где она не снабжена ссылкой на конкретную страницу (похожие идеи А. Белый высказывал в «Арабесках»: «Расположение материала, стиль, ритм, средства изобразительности не случайно подобраны художником; в соединении этих элементов отразилась сущность творческого процесса; содержание дано в них, а не помимо их» [Белый 1994: 225] и в работе «Ритм как диалектика»: «Расстав слов в строке – недостающий современному поэту препинательный знак» [Белый 1929: 11], писали в этом ключе и о поэтике произведений самого Белого: «Фраза у Белого важна не своим смыслом, а фразовым рисунком» [Клинг 2002]). Впоследствии слова про интонацию со ссылкой уже на Фатееву приводятся в работе [Степанов 2002: 50].

4 Вопрос о гипертексте как конструктивном средстве организации поэтического высказывания мы оставляем за пределами настоящей работы.

5 Возможно, это была неизбежная в случае ответов на разнообразные анкеты шутка.

6 Современные исследователи сходятся в высокой оценке актуальности этой работы: "Анализ супраграфематических средств был впервые предпринят А.А.Реформатским" [Шубина 1999: 222], создателем "строгой лингво-семиотической теории материальной манифестации текста … По нашему убеждению, как раз в условиях компьютерного воплощения текста прикладная эффективность теории А.А.Реформатского проявляется с особой силой и очевидностью" [Иванова 2003: 113-114].

7 В рамках настоящей работы мы не отделяем курсивное начертание от наклонного, хотя в работе [Валуенко 1983: 7] формулируется различие: «наклонная вариация может быть получена путём трансформации прямого ..., а вариация «курсив» не моежет быть (в ряде букв) получена из прямогошрифта никаким способом трансформирования» ; к тому же «курсивный шрифт» имитирует «рукописную надпись» [Бельчиков 1958: 93]. В стандартном наборе современных компьютерных шрифтов возможно или только курсивное (Times New Roman) или только наклонное и наклонное (Courier New, Arial) начертания, и создаются они в результате использования одной и той же команды, обозначаемой словом «курсив» или буквой К.

8 То есть тоже в функции курсива – ср. мнение Светланы Бодруновой о курсиве: "90% случаев - прямая речь, которая никаким иным способом (кавычками, тире) не выделяется".

9 Возможно, по аналогии с принципами написания торговых марок, которые, как правило, выделяются жирным в рекламном или рекламно-аналитическом тексте (чаще всего в глянцевых журналах).

10 Близкое по смыслу использование жирного начертания встречается в книге Виктора Сосноры "Флейта и прозаизмы", состоящей из нумерованных стихотворений, где некоторые стихотворения набраны жирным (Соснора В. Девять книг. М.: НЛО, 2001. С. 252-292), эти же выделения повторены и в содержании книги, где стихотворения названы по первым строчкам.

11 Перечень всех элементов заголовочно-финального комплекса текста [Орлицкий 2002: 565-566].

12 Этот смысл использования курсива появился в результате практики общения в сети и по электронной почте – для дифференциации реплик собеседников чужие слова переводятся в курсив: "Маркировка с помощью курсива "чужого текста" весьма характерна при оформлении книг научного стиля (иллюстративного материала, цитат, эпиграфов и т.п.)" [Шубина 1999: 225]

13 "Известно, что лесенка Маяковского явилась своего рода революцией в русской поэзии. …. Внешний вид его произведений стал первым зримым показателем принадлежности их новой ритмической системе. … Предметом специального изучения графическая система поэта не стала. … Считается само собой разумеющимся, что после Маяковского русская поэзия взяла на вооружение и этот его приём в ряду других – в тех стихах, где налицо было лестничное членение." [Жовтис 1968: 132-133].

14 "Интонационный период часто заканчивается в середине строчки, заданные поэтом остановки голоса особенно отчётливы. Возникающая на таком фоне графически заданная пауза воспринимается как закономерный элемент системы" [Жовтис 1968: 139], речь идёт о единичных сбросах строки в недиалогических и недраматических стихотворных произведениях XIX века. Далее сказано, что этот приём "представляет интерес как смутный намёк на будущее, на стих ХХ столетия" [Жовтис 1968: 139]. Таким образом, вычленяется исконный смысл приёма, остающийся быть важным по окончании действия модных тенденций.

15 А используют – 41%, т.е. половина от использующих (19% от всех) следует традиционному смыслу приёма (актуализация интонации), а остальные ищут новые смыслы, связанные не столько с поэтической техникой, сколько с поэтической традицией – например, интертекст (по отношению к Маяковскому), средство индивидуальной визуализации стиха разной степени осознанности.

16 Было бы любопытно в будущем сравнить с данными по «лесенке» процент использования записи текста без заглавных букв и без знаков препинания – чуть ли не самого популярного типа внешнего представления текста в настоящее время – это «случайный» способ записи текста, или же такая форма помогает актуализировать синтаксические и вертикальные связи между элементами текста?

17 Из авторского послесловия к книге стихов поэта Дмитрия Чёрного: "В силу того, что чёрточки над буквами всякий раз прорисовывать трудно – особенно когда текст экранен – предлагается в качестве корректирующих чтение использовать большие буквы: большая гласная – ударная. Это изменение обусловлено и прекращением конкуренции со стороны начала строки, вносившей путаницу в употребление больших букв" [Чёрный 2001: 143]. Здесь же можно вспомнить и фонетическое письмо Ильи Зданевича (питЁрка дЕйстф), обусловленное эстетическими, а не техническими механизмами, но тоже актуальное для современного околокомпьютерного мира (как прототип разного рода орфографических вольностей в компьютерном общении). Важно, что и у Чёрного, и у Зданевича традиционное орфографическое использование заглавной буквы в начале сегмента текста (предложения, имени собственного, стихотворной строки) отходит на второй план и «больше не мешает» обретению формальным элементом (заглавной буквой) нового значения в тексте.

18 Связь буквы «ё» и компьютера в узкоспециальной работе описывается так: «букву Ё ... исключили в клавиатурах компьютеров из рядов алфавита. ... ясно, что абсолютное игнорирование её уже немыслимо, и она, как бы на всякий случай, оставлена. И где же? В ряду с цифрами, а поэтому печатать её ужасно неудобно» , тем не менее «компьютер на 100% снял все экономические проблемы употребления в печати и при тиражировании буквы Ё» [Пчелов, Чумаков 2000: 203, 206]

19 Вопрос о том, с какого года автор пишет стихи, в данном случае нас не интересует. Смысл этого вопроса в том, что автор успел застать, пользуясь компьютером – технологии несколько раз существенно менялись.

20 Этот вопрос поставлен в предварение развития идеи, что раскладка клавиатуры становится столь же распространённой условной упорядоченностью знаков, что и алфавит. Однако же опрос показал, что пока нет.



Назад