Юноша Андроник повздорил со своим духовным наставником, иеромонахом Павлом, который втайне придерживался иконопочитания. Истинной причиной ссоры был блуд юноши с некоей девицей: старец повелел ему её оставить, юноша внешне покорился, но сердце его изнемогало. И ослеплённый Андроник поэтому думал: «Нехорошему учит меня отец мой духовный. Под видом благочестия он хочет поселить в моей душе языческую наклонность к почитанию идолов. Кроме того, он учит не повиноваться властям, светским и духовным, даже самому Патриарху, которого называет еретиком, а учение Вселенской Церкви, отвергающее рукотворные изображения, он именует «псевдодоксией».» - И так распаляя себя всё больше и больше, юноша наконец решил: «Пойду донесу на него».
        Отойдя от церкви святой мученицы Параскевы несколько десятков шагов, Андроник вышел к углу площади и увидел впереди молодого человека, идущего ему навстречу. В это время человек тот нагнулся и присел, поправляя ремень сандалии. Тут из-за угла показался слепец, палкой ощупывавший себе путь. Слепец наткнулся сзади на присевшего человека, палкой потрогал его спину, бока, плечи, потом обошёл. Но человек тот не обернулся на слепого, он поднял голову и поглядел по сторонам, как бы чего-то ища, и, увидев Андроника, уставил вдруг на его лицо взгляд, полный невыразимого ужаса. Андроник вздрогнул. Ему показалось, что незнакомец в этот миг видит его насквозь, знает его намерение, даже хочет ему сказать что-то предостерегающее или укоризненное, но не может из-за обуявшего его страха. Андроник почему-то не мог отвести взгляда и остановился, как будто прикованный к месту. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Потом незнакомец разогнулся и, забыв про развязавшуюся сандалию, шаркая, пустился бежать в сторону церкви.
        Эта встреча произвела столь странное впечатление на Андроника, что он долго не мог успокоиться, и уж конечно никуда не пошёл доносить. Спустя некоторое время он поступил на службу к одному знакомому купцу и отправился в далёкое морское путешествие. Вернулся он только через четыре года. Чужие страны и множество разнообразных событий, произошедших с ним, начисто изгладили из его сердца любимую им некогда девицу, из-за которой он прервал общение со своим духовным отцом, и теперь Андроник был в недоумении: как это могло случиться? - предлог ссоры казался ему и ничтожным и несправедливым. «Грех лежит на моей совести! - сокрушался он. - Бес помрачил мне разум, я озлобился и осудил духовного отца моего! Даже собирался донести на него врагам, как Иуда! Хорошо, что Господь не попустил этому сбыться! Но надо идти, пасть в ноги старцу Павлу, покаяться во всём и просить его снова принять меня в своё руководство!»
        Так, решившись, он направился к церкви святой мученицы Параскевы. Немного не дойдя до неё, на углу площади, он почувствовал, что расслабился ремень его правой сандалии. Андроник нагнулся, чтобы завязать туже, но вдруг кто-то сзади толкнул его и стал как будто палкой ощупывать его спину, бока, плечи. И в этот миг, словно вспышка, блеснуло в нём воспоминание: «Это уже было!... Но... я был не здесь... не так... А где я был?» - Андроник поднял голову и увидел юношу, идущего ему навстречу. «Вот он я!... Четыре года назад... Я смотрю на себя самого! Господи, что это такое?...». Юноша тоже смотрел на него и даже остановился. В глазах его было недоумение и беспокойство, но он не узнавал Андроника. «Да, я же тогда не узнал...» - успел сообразить Андроник, но ему стало так страшно, что он вскочил и, шаркая спадавшей сандалией, бросился бегом к церкви.
        У паперти он отдышался и немного собрался с мыслями, стал вспоминать: да, удивительно, это было ровно четыре года назад, в канун праздника Богоявления, как и сегодня, и в тот же самый час, ровно в полдень.
        Старец Павел принял его ласково, и Андроник подумал: «Как будто действительно я только что от него вышел и сразу вернулся...». Он тотчас поведал старцу всю историю, приключившуюся с ним. Старец выслушал его внимательно и задумчиво.
        - Скажи мне, отче, - попросил Андроник напоследок. - Ведь этот юноша, который мне встретился сегодня, должен переместиться спустя четыре года в позицию завязывающего сандалию. Значит, всё повторится снова? - Если так, тогда я собираюсь через четыре года придти непременно на это место, чтобы посмотреть на себя бывшего и себя нынешнего. - Но отче! ведь сегодня не было там на углу никакого третьего, смотрящего на нас со стороны! Что это значит? Может быть, мне что-то помешает придти? может быть я умру?
        - Господь знает, - отвечал ему старец, - не думай об этом.
        - Но я не смогу не думать! - настаивал Андроник. - Мне не будет теперь покоя ни днём ни ночью от этой мысли! Помоги мне!
        Старец сжалился над ним и вновь погрузился в неизвестные размышления. Спустя несколько минут он сказал:
        - А ты обратил внимание на слепца? Кто это был?
        - Нет, - признался Андроник удивлённо. - А кто это был? Ангел?
        - Я думаю, - сказал старец, - что через четыре года ты не сможешь посмотреть на себя прошлого и себя нынешнего, потому что, по попущению Божию, ты ослепнешь. Меня к тому времени уже не будет в живых, но ты ежедневно будешь приходить сюда, в церковь святой мученицы Параскевы, чтобы собирать подаяние и молиться об упокоении моей грешной души. И каждые четыре года в канун Богоявления, ровно в полдень ты будешь натыкаться своей палкой на спину человека, согнувшегося и завязывающего сандалию на углу площади. И каждый раз это будет тебе напоминать о твоём грехе и покаянии, а также и о нашей с тобой горькой размолвке и о радостном примирении.